Москва Рубрики
- Интерьер и декор
Интерьер и декор
Самые необычные итальянские мебельные бренды: когда мебель становится искусством
Рекомендуем
Когда говорят об итальянской мебели, обычно представляют очень определённый интерьер.
Minotti, Poliform, Molteni&C, Flexform. Спокойные линии, красивый камень, тёмное дерево, идеальные пропорции. Диван, который через десять лет будет выглядеть примерно так же убедительно, как сегодня.
Но есть совсем другая Италия.
Громкая, ироничная, экспериментальная, а иногда откровенно безумная.
Именно здесь появился диван в форме губ, кресло-мешок, огромный зелёный кактус, который зачем-то оказался предметом интерьера, кресла-цветы, мягкие скульптуры, мебель из неожиданных материалов.
И вещи, которые гораздо проще представить в музее современного искусства, чем в обычной гостиной.
На самом деле никакого противоречия здесь нет.
Итальянский дизайн XX века всегда существовал где-то между промышленностью, архитектурой, искусством и провокацией.
Поэтому Made in Italy — это не только безупречно спокойный диван.
Иногда это предмет, при виде которого возникает совсем другой вопрос:
«Что это вообще такое?»
И именно с этого вопроса часто начинается самое интересное.
Edra — когда сначала придумывают невозможное
Начать этот разговор хочется именно с Edra.
Потому что бренд очень хорошо показывает одну важную особенность итальянского экспериментального дизайна.
Вопрос здесь звучит не так: «Будет ли этот диван достаточно универсальным?»
Скорее:
«А можно ли вообще такое сделать?»
В коллекции Edra диван способен превратиться в льдину. Спинкой становится огромный белый медведь. Кресло напоминает фантастический цветок. Мягкая мебель выглядит как гигантское переплетённое гнездо.
Но считать Edra просто производителем эффектных вещей было бы слишком поверхностно.
За театральностью скрывается очень серьёзная инженерия.
Standard Edra меняет сам принцип дивана
Один из лучших примеров — Standard Франческо Бинфаре.
На фотографии это большая мягкая модульная система.
Но главное находится внутри.
Подвижные Smart Cushions позволяют менять положение спинок и подлокотников. Человек может настроить диван под себя — для разговора, чтения, фильма, отдыха или почти лежачего положения.
И здесь Edra предлагает довольно радикальную идею.
Почему вообще человек должен приспосабливаться к фиксированной конструкции мебели?
Пусть мебель приспосабливается к человеку.
Именно поэтому Edra значительно интереснее определения «необычный дизайн».
Странная форма здесь очень часто появляется не ради странности.
За ней есть идея.
Pack — диван, который невозможно не заметить
А иногда Edra действительно позволяет себе чистую визуальную драму.
Pack Франческо Бинфаре выглядит как фрагмент арктического пейзажа.
Большое основание напоминает отколовшуюся льдину, а вместо обычной спинки появляется огромный белый медведь.
Получается одновременно диван, скульптура, пейзаж и почти арт-инсталляция.
Самое интересное — поставить Pack не в эксцентричный интерьер, а в максимально спокойную архитектуру.
Бетон, камень, панорамное окно, большая пустая стена, минимум мебели.
И один белый медведь.
После этого комнате уже почти ничего не требуется.
В этом вообще сила настоящего statement piece.
Один предмет способен сделать больше, чем десять декоративных аксессуаров.
Gufram — Италия, которая решила не быть серьёзной
Если Edra соединяет художественный образ с luxury и сложной технологией, Gufram уходит ещё дальше в сторону радикального дизайна.
Здесь мебель иногда выглядит как шутка.
Но шутка эта довольно интеллектуальная.
Возьмём Cactus.
Огромный кактус.
Что это — вешалка, скульптура, декоративный объект, предмет мебели?
В этом и заключается смысл.
Cactus разрушает привычную типологию.
Он задаёт очень простой и одновременно довольно опасный для мебельной индустрии вопрос:
а почему мебель вообще должна выглядеть как мебель?
Bocca — когда диван превращается в поп-культуру
Другой знаменитый объект Gufram — Bocca.
Красный диван в форме огромных губ.
Сегодня подобный предмет воспринимается почти как очевидная часть истории поп-дизайна.
Но в своё время такие вещи помогали разрушить представление о том, что хороший интерьер обязан быть серьёзным.
Bocca невозможно сделать фоном.
Он не растворится рядом с ковром и не станет тихим продолжением архитектуры.
Если такой диван появляется в комнате, вся композиция автоматически начинает учитывать его существование.
И здесь хорошо видна разница между обычной мебелью и коллекционным объектом.
Обычный диван подстраивается под интерьер.
Bocca заставляет интерьер подстраиваться под себя.
Pratone — зачем кресло, если можно сесть в траву
А затем появляется Pratone.
Огромные зелёные травинки, настолько большие, что между ними можно расположиться.
Это одновременно мебель, скульптура, карикатура на природу.
И прекрасный пример того, почему итальянский Radical Design оказался настолько важным.
Дизайнеры перестали просто улучшать существующие стулья и диваны.
Они начали задавать вопросы самой типологии.
Почему кресло должно иметь четыре ножки? Почему у дивана должна быть спинка? Почему мебель должна выглядеть дорого? Почему она вообще обязана быть серьёзной?
Gufram до сих пор живёт внутри этой свободы.
Zanotta — провокация, которая со временем стала классикой
На фоне Gufram Zanotta может показаться почти спокойным брендом.
Но исторически его роль в итальянском экспериментальном дизайне огромна.
Самый очевидный пример — Sacco.
Сегодня кресло-мешок кажется настолько привычным, что сложно представить, насколько радикальной когда-то была сама идея.
Нет ножек, каркаса, фиксированной спинки и единственно правильной посадки.
Предмет получает форму только тогда, когда в него садится человек.
Получается, дизайнер как будто сознательно не заканчивает работу.
Последний этап выполняет пользователь.
Для конца 1960-х это была очень сильная идея.
И особенно интересно, что она оказалась настолько жизнеспособной, что сама типология bean bag давно стала частью массовой культуры.
Mezzadro — а если взять сиденье от трактора?
У братьев Кастильони был особый талант смотреть на привычные вещи и видеть в них совершенно другую функцию.
Mezzadro — один из лучших примеров.
В основе предмета — форма металлического тракторного сиденья.
То, что существовало в сельскохозяйственной технике, внезапно оказывается в жилом интерьере.
Сегодня подобные жесты уже никого особенно не шокируют.
Мы привыкли к промышленным деталям дома, найденным объектам, переработке, мебели из неожиданных материалов.
Но именно дизайнеры середины XX века во многом научили нас так смотреть на вещи.
Увидеть стул там, где до этого был элемент машины.
Почти концептуальное искусство.
Только на нём можно сидеть.
Giovannetti — бренд, который незаслуженно знают меньше
Если хочется глубже разобраться в необычном итальянском дизайне, стоит выйти за пределы самых очевидных имён.
И здесь появляется Giovannetti.
Бренд вырос внутри той самой революционной атмосферы, когда мебель переставала быть просто красивой и функциональной.
Одной из ключевых моделей стал Anfibio Алессандро Бекки.
Формально — диван-кровать.
Но называть его обычным раскладным диваном действительно странно.
Anfibio выглядит как большой мягкий объект, который способен менять конфигурацию и функцию.
В нём есть что-то очень характерное для дизайна того времени.
Мебель больше не должна навсегда оставаться одним предметом.
Она может трансформироваться, меняться вместе со сценарием.
И именно такие проекты постепенно вышли далеко за пределы бытовой функции и оказались в музейном контексте.
Poltronova — когда мебель становится манифестом
Без Poltronova разговор о радикальной Италии был бы неполным.
Именно вокруг подобных компаний возникла среда, где дизайнер мог предложить предмет, который традиционная мебельная фабрика, скорее всего, просто отказалась бы производить.
Superstudio, Archizoom, Этторе Соттсасс и другие авторы радикальной сцены.
Здесь дизайн переставал быть исключительно вопросом удобства.
Предмет мог быть странным, неожиданным, намеренно чрезмерным, иногда даже визуально неудобным.
Потому что мебель становилась способом говорить — о культуре, обществе, массовом производстве, потреблении.
И о том, кто вообще решил, что такое хороший вкус.
Quaderna — сетка, которая пережила собственную эпоху
Один из самых узнаваемых образов Radical Design — Quaderna от Superstudio.
Белая поверхность, равномерная чёрная сетка, предельно простая геометрия.
Сегодня такой предмет выглядит почти как цифровая 3D-модель, случайно материализовавшаяся в комнате.
И это особенно интересно.
Прошли десятилетия. Изменились технологии, интерьеры, материалы.
Но Quaderna совершенно спокойно можно поставить в минималистичный интерьер сегодня — рядом с хромом, цветным стеклом, современным искусством.
И он не будет выглядеть устаревшим.
Это вообще один из главных парадоксов хорошего радикального дизайна.
Иногда странное стареет значительно медленнее безопасного.
Memphis Milano — когда хороший вкус решили немного отменить
А потом наступили 1980-е.
И появилась Memphis.
Этторе Соттсасс собирает вокруг себя дизайнеров, которые начинают практически сознательно нарушать правила модернистского хорошего вкуса.
Спокойное дерево? Нет, давайте ламинат.
Нейтральная палитра? Розовый, жёлтый, бирюзовый.
Строгая геометрия? Круги, треугольники, диагонали, странные сочетания.
Мебель не обязана быть незаметной.
Она вполне может быть громкой, эмоциональной, даже немного раздражающей.
И именно в этом была свобода Memphis.
Carlton — шкаф, который совсем не хочет быть шкафом
Самый известный объект Memphis — Carlton Соттсасса.
Формально это система хранения.
Но назвать её просто книжным шкафом довольно сложно.
Тотем, скульптура, архитектурная композиция.
Предмет, вокруг которого мгновенно возникает целая эстетика.
И это очень характерный пример постмодернистского дизайна.
Функция присутствует.
Но она больше не обязана быть единственным смыслом вещи.
Шкаф может хранить книги.
И одновременно быть самостоятельным художественным высказыванием.
Seletti — дизайн, который умеет шутить
Seletti находится уже в другой категории.
Это не исторический Radical Design и не технологичный luxury Edra.
Здесь больше поп-культуры, иронии, доступной провокации.
Бренд существует с 1960-х и выстроил целый мир где-то между дизайном и pop art.
Обычный предмет здесь постоянно превращается во что-то неожиданное.
Лампа становится обезьяной. Другой светильник — мышью. Классическая скульптура получает новую функцию. Посуда начинает выглядеть как арт-объект.
Seletti вообще не пытается быть нейтральным.
Его задача — вызвать реакцию.
Fornasetti — не бренд, а отдельная вселенная
Fornasetti вообще сложно воспринимать исключительно как мебельную компанию.
Это самостоятельный художественный мир.
Лицо Лины Кавальери, солнца, глаза, облака, архитектурные мотивы, чёрно-белая графика, неоклассические элементы.
Предметы Пьеро Форназетти часто узнаются ещё до того, как человек вспоминает название автора.
Шкаф становится холстом. Тарелка — графическим произведением. Стол — частью сюрреалистической сцены.
И это хороший пример того, что декоративность совсем не обязательно должна быть поверхностной.
Она может быть интеллектуальной.
Qeeboo — новое поколение итальянской иронии
Qeeboo продолжает ту же национальную способность не относиться к мебели слишком серьёзно.
Бренд Стефано Джованнони населён странными персонажами, животными, гигантскими декоративными формами, объектами где-то между мебелью, игрушкой и скульптурой.
Один из самых узнаваемых — Rabbit Chair.
Кролик одновременно становится сиденьем.
Очень простая идея.
И очень точное объяснение философии бренда.
Функция есть.
Просто сначала вы видите образ.
И только потом понимаете, что им можно пользоваться.
Driade — не один стиль, а коллекция характеров
Driade интересен совершенно другим подходом.
Бренду не нужно, чтобы каждый предмет выглядел так, будто его создал один и тот же человек.
Наоборот.
История компании связана с огромным количеством сильных авторов.
Поэтому коллекция напоминает скорее хорошую кураторскую подборку.
Есть спокойные вещи, странные, почти сюрреалистичные. Есть предметы, которые легко поставить в минималистичный интерьер, а есть те, вокруг которых придётся строить всю комнату.
Именно поэтому Driade особенно хорош для эклектики.
Не нужно покупать «гостиную одного бренда».
Иногда достаточно найти одно кресло, стул или стол.
И позволить ему жить собственной жизнью.
Cappellini — фабрика будущих икон
Cappellini занимает ещё одну интересную позицию.
Бренд десятилетиями работает с международными авторами и регулярно даёт пространство идеям, которые сначала могут казаться слишком необычными для большого рынка.
Jasper Morrison, Marcel Wanders, Tom Dixon, Marc Newson, братья Bouroullec и множество других дизайнеров.
Cappellini в этом смысле похож на лабораторию.
Не каждый эксперимент обязан стать классикой.
Это нормально.
Но есть другая проблема.
Если никто не будет рисковать, новая классика вообще перестанет появляться.
cc-tapis — даже ковёр больше не обязан быть фоном
Формально cc-tapis немного выбивается из списка мебельных брендов.
Но исключить его было бы жалко.
Потому что он очень точно показывает, куда вообще движется современный авторский интерьер.
Ковёр больше не обязан быть спокойной поверхностью, на которой стоит красивый диван.
Он сам может стать главным объектом.
Patricia Urquiola, Bethan Laura Wood, Sabine Marcelis, India Mahdavi, Faye Toogood, Cristina Celestino — разные дизайнеры превращают текстильную поверхность практически в произведение искусства.
Цвет, геометрия, рельеф, необычный рисунок.
И иногда ковёр становится настолько выразительным, что всю мебель вокруг действительно приходится немного успокаивать.
Мне нравится эта смена ролей.
Почему главным предметом комнаты обязательно должен быть диван?
Почему необычная мебель снова стала особенно актуальной
Потому что мы пережили период невероятной визуальной унификации.
Социальные сети подарили нам тысячи очень красивых интерьеров.
И одновременно сделали многие из них удивительно похожими.
Округлый молочный диван, травертиновый столик, букле, оливковое дерево, мягкая штукатурка, абстрактное искусство.
Каждая вещь сама по себе может быть прекрасной.
Но когда комбинация повторяется снова и снова, интерьер постепенно теряет индивидуальность.
И здесь один странный предмет способен сделать удивительно много.
Нарушить идеальность. Создать напряжение. Вернуть комнате характер.
Но странность сама по себе ещё не дизайн
Это принципиальный момент.
Есть необычная мебель с сильной идеей.
А есть мебель, которая просто очень старается привлечь внимание.
Сначала разница может быть неочевидной.
Через несколько лет она становится намного заметнее.
У хорошего коллекционного предмета обычно несколько уровней:
- автор;
- история;
- концепция;
- материал;
- технология;
- контекст.
Поэтому Sacco — не просто мешок. Cactus — не просто зелёный кактус. Anfibio — не просто странный раскладной диван. Standard Edra — не просто большая мягкая система.
За каждым объектом стоит попытка изменить привычное представление о мебели.
И именно идея позволяет предмету пережить первый визуальный эффект.
Культура эксперимента
Необычный итальянский дизайн — это совсем не коллекция странных вещей ради странности.
За ним стоит огромная культура эксперимента.
Edra исследует границу между технологией, комфортом и скульптурой. Gufram сохраняет дух Radical Design. Zanotta показывает, как провокационная идея постепенно превращается в классику. Giovannetti соединяет трансформацию, иронию и исторический дизайн. Poltronova хранит наследие итальянского радикализма.
Memphis Milano напоминает, что правила хорошего вкуса иногда полезно нарушать. Fornasetti существует внутри собственной сюрреалистической вселенной. Seletti и Qeeboo возвращают интерьеру юмор. Driade и Cappellini дают пространство разным авторским голосам. А cc-tapis доказывает, что даже ковёр может перестать быть фоном.
Но, пожалуй, самое важное правило здесь очень простое.
Необычного дизайна не должно быть слишком много.
Иногда одного действительно сильного объекта достаточно, чтобы полностью изменить комнату.
И интерьер вне времени совсем не обязан быть исключительно спокойным, правильным и бежевым.
Иногда именно странное кресло, красный диван в форме губ, неожиданная лампа или огромный зелёный кактус делают с пространством то, чего невозможно добиться десятком безупречно модных вещей.
Делают его запоминающимся.
Вам может понравиться
Понравилась статья?
Читайте также
10 дизайнерских кресел, способных изменить весь интерьер
-
13
-
0
Почему низкие диваны изменили современную гостиную
-
12
-
0
Edra: итальянская мебель на границе дизайна, искусства и технологии
-
17
-
0
Диваны вне времени: 10 моделей, которые не устареют через десять лет
-
27
-
0
Living Divani: тихая роскошь итальянского минимализма
-
21
-
0
Итальянская мебель вне времени: 10 брендов, которые стоит знать
-
20
-
0
0 комментариев